«Снизить доверие к помощи»: Анастасия Буракова о признании «иноагентом»Минюст в очередной раз признал иностранным агентом российского юриста. В этот раз статус присвоили Анастасии Бураковой – руководительнице проекта «Ковчег», который помогает российским эмигрантам. Ранее она представляла интересы журналистов, признанных «иностранными агентами», в российских судах. Буракова сообщила «Соте», что «иноагентский» статус не повлияет на работу проекта «Ковчег». «Мы продолжаем работать в том же формате, – пояснила она. – У нас все [юристы, находящиеся в России], кто публично готов был анонсировать участие в “Ковчеге”, висят на сайте. Также у нас есть те, кто участвует в проекте непублично». Первая задача у всего законодательства об «иноагентах» — стигматизировать организацию и человека, сделать так, чтобы их помощь вызывала ещё меньше доверия. Вряд ли в отношении «Ковчега» этого удастся добиться. Соблюдать требования закона об иноагентах Буракова не планирует. «Поехать в Россию я и так не могу, – заявила юрист. – Поэтому потакать стигматизирующим законам и статусам я не намерена».Буракова отметила, что ранее представляла интересы журналистов, признанных «иноагентами». «Я от и до понимаю весь этот процесс, — объяснила она, — Сначала надо пройти все инстанции, исчерпать все возможности обжаловать внутри России, дальше посмотрим, что будет доступно из правовых инструментов».Напомним, что в реестре уже более десятка российских юристов. Среди них: Евгений Ступин, Михаил Беньяш, Валерия Ветошкина, Иван Павлов, Илья Новиков, Павел Чиков, Максим Оленичев и другие. По мнению Бураковой, понять логику Минюста и угадать, кого из российских юристов могут признать иноагентом, сложно. «Я бы сказала, те, кто комментирует новые законодательные акты, судебные процессы, репрессии — они конечно под первой угрозой», — заключила Буракова.Анастасия Буракова отвечает Минюсту на объявление «иноагентом». Фото: «Кто если не Буракова»#BetterCallSota
